Юбилей Марка Котлярского: еврейский секс в Госдуме и бестактные журналисты

Марк Котлярский, один из ветеранов "русской" журналистики в Израиле, празднует свое 55-летие и готовится к выпуску новой книги. В беседе с порталом IzRus он делится своим мнением о русскоязычных журналистах Святой земли, вспоминает добрые старые времена с Антоном Носиком и Диной Рубиной и делится тайной еврейского синдрома, "который обошел его стороной".

Почти всю жизнь Вы проработали журналистом. Интересно быть журналистом в Израиле?
О да! Вы знаете, что в этой крошечной стране аккредитовано 3,5 тысяч журналистов - больше, пожалуй, только в Америке. Однажды мой друг решил посчитать, сколько раз будет упоминаться Израиль в новостях CNN – за два часа он насчитал 42 раза, тогда как Россия упоминалась всего 4 раза. Такие страны как Украина, Грузия – вообще ни разу. Для настоящего журналиста это очень интересная страна.

Внимание СМИ к стране – не всегда это хорошо.
Это другой вопрос. Но как факт – журналистом здесь быть здорово. Вот что мне и правда не нравится, так это что вся мировая пресса освещает только политическую жизнь в Израиле, а ведь здесь есть не только теракты, Палестина и война, понимаете?

Что еще?
Свобода. Впервые я ощутил свободу в Германии, точнее тогда еще ФРГ, куда я попал в командировку в 1986 году. Еврей, беспартийный в Германии – это было нечто! Мне казалось, что из бесконечного черно-белого кино я приехал в цветной красивый фильм. Капитализм, заграница, сервис – все это было так ново. Вернувшись в Питер, я месяца три пытался прийти в себя. А спустя четыре года я репатриировался.

И каким Вы увидели Израиль, когда приехали?
Каким? Израиль – это карнавал. Вы можете возразить, что карнавал в Бразилии, но Б-га ради – не смешите меня! То, что у них там раз в год, у нас каждый день, повсюду – на улицах, в Кнессете, везде. И это потрясающе. Наконец, Израиль – страна, в которой легко. Один из моих любимых рассказов Ивана Бунина называется “Легкое дыхание” – это прекрасная метафора об отношении к жизни, этого правила я и сам стараюсь придерживаться.

Похоже, так живет весь Тель-Авив.
Именно. В газете Washington Post была статья под названием "19 причин считать Тель-Авив лучшим городом мира”. У меня больше 19 причин так думать. Знаете почему? В отличии от больших имперских городов – Вены, Лондона, Тель-Авив создан для человека и не довлеет над тобой. Это город, который существует вне тебя и он идеален для жизни. А еще это город миллиона и одной истории. Чего только стоит архив Кафки, вы знаете о нем?

Нет, поделитесь.
Рассказал мне эту историю Женя Лейбович – последний директор магазина русской книги на Аленби 72, который, к сожалению, уже закрыт. Речь идет о старушке по имени Рут, жившей на бульваре Бен-Гурион – по легенде, она была секретаршей у писателя Макса Брода, которому Франц Кафка завещал распорядиться своим архивом после смерти. Брод должен был уничтожить все, но не сдержал слова и сохранил все записи, письма и книги. Часть из них опубликовал, часть оставил своей секретарше, жившей в Тель-Авиве. Когда я услышал эту историю, то посчитал Лейбовича большим выдумщиком. Представьте мое удивление, когда много лет спустя я прочел в одной из газет о смерти Рут с бульвара Бен-Гурион, и о том, что архив Кафки теперь переходит в распоряжении ее племянницы. Это одна из тех историй, которые я хочу описать в своей книге.

Какую книгу Вы сейчас пишите?
У меня в работе как всегда много книг. Одна из них будет о путешествиях. Например, я уже сделал любопытную главу под названием “Хроники уходящего времени” – это воспоминания разных лет о городах России, в которых я бывал. Однажды в составе израильской делегации я попал в Ростов-на-Дону – нас, евреев, там принимали в почетные казаки, а казачий хор пел нам Хава нагилу. Полный сюр, правда ведь? У меня вышло уже 8 книг.

Одна из них - книга “Евреи и секс”, популярна по сей день.
Да, в прошлом году в Кнессет приезжала делегация из России, и одна дама мне сказала, что “Евреи и секс” лежит в российской Думе. Так что теперь я знаю, чем занимаются тамошние депутаты.

Почему вы ушли из журналистики? Это в том числе было решение материальных проблем или нет?
Русским журналистом здесь действительно сложно быть, главное не очень выгодно. Но дело в другом. Мне было интересно что-то поменять. Меня пригласили стать пресс-секретарем партии "Наш дом Израиль" – за это время я узнал много нового. По сути, я не бросил профессию. Когда я увольнялся, у меня была своя авторская передача на Первом радио – называлась она “Привал комедиантов”. Не хочу забегать наперед, но эта программа вскоре появится в новом формате.
А еще за время работы пресс-секретарем я написал несколько пьес. Одна из них была поставлена в Иерусалиме, одна сейчас ставится в Тель-Авиве – режиссер Виталий Новик уже проводит репетиции, еще одна пьеса будет поставлена в Москве.

Вы приехали в Израиль уже опытным журналистом, наблюдали за созданием СМИ на русском языке.
Да, в начале 90-х пресса на русском языке начинала развиваться и была предоставлена сама себе. Никто не обращал на нее внимания, поэтому она была жутко свободной и отражала весь спектр настроений русской улицы. Позже израильтяне и политики смекнули, что русская журналистика в Израиле не второстепенна, а достаточно серьезный фактор влияния и многое поменялось. Я как раз работал журналистом в те годы. В газете “Наша страна” было приложение “Пятница” – для него писали лучшие кадры: Дина Рубина, Игорь Губерман, Александр Каневский. Это было очень интересно. Еще я работал в золотой период газеты "Вести" – это была лучшая русская газета: Антон Носик, Аркан Кариев, Евгения Кравчик...

Как оцениваете уровень современной журналистики?
Это сложный вопрос. Порой удивительно, насколько современные русскоязычные журналисты безграмотны и непрофессиональны, никакого понятия об этике. Это не об Израиле – это обо всем русскоязычном мире. С другой стороны, есть чему порадоваться. Журналисты, работающие в Израиле, всегда соблюдают одно из важнейших правил профессии – брать комментарий даже у того, кого ты собираешься разнести в своей статье. Это верно.

Вы столько лет работаете с политиками... не появлялось желание самому пробиться в Кнессет?
Однозначно нет. Есть такая фраза, будто у русского человека есть комплекс недопитой бутылки, а у еврея – недосказанности. Это значит, что каждому еврею охота податься в политику и высказаться. Благо, меня этот комплекс обошел стороной.

Интересуетесь политикой вне своей работы?
Конечно. Например меня очень интересует идея известного системного аналитика Семена Ройтмана о экономических выгодах создания Палестинского государства на территории Иордании. Многие скажут, что это из области фантастики, но ведь и создание государства Израиль когда-то казалось нам фантастическим. Убежден, что именно сейчас пришло время для нестандартных решений. Я вообще живу в предчувствии больших перемен.
СПРАВКА IzRus

Марк Котлярский родился в 1956 г. в Баку. Там же окончил факультет журналистики и перебрался в Ленинград, где начал работать в журнале "Нева". Работал репортером в газете "Моряк Балтики", сотрудничал с различными региональными и всесоюзными изданиями.

В 1990 г. репатриировался с семьей в Израиль. Работал репортером ряда израильских русскоязычных СМИ.
С 2003 г. является сотрудником русскоязычной пресс-службы партии "Наш дом Израиль".

В 2000 г. вместе с израильским коллегой Петром Люкимсоном выпустил исторический триллер "Ангелы в поисках рая"; в 2005 г. в Санкт-Петербурге была издана другая их книга, "Евреи и секс" (в 2008 г. была издана расширенная и измененная версия этой книги – "Тайны еврейского секса").
В 2006 г. в Тель-Авиве вышла книга публицистики М. Котлярского "Жизнь занимательных людей";
В 2008 г. (вместе с журналистом Александром Майстровым) опубликовал документальное исследование "Еврейская Атлантида. Тайна пропавших колен". В том же году в издательстве "Алетейя" (Санкт-Петербург) была издана книга прозы М. Котлярского "Волчьи ворота" (в 2009 г. эта книга попала в лонг-лист Бунинской премии).

Женат, имеет двоих детей.


Источник - izrus.co.il