Сдвигается ли Нетаньяху влево?

Почему в то время, когда Сирия и Египет в огне, госсекретарь США Джон Керри возвращается на Ближний Восток уже в шестой раз после февраля лишь для того, чтобы снова уделить главное внимание челночной дипломатии между израильтянами и палестинцами?

Отчасти потому, что он, как и другие либералы, считает, что война против Израиля, которую ведут арабы и иранцы (а теперь и турки?), сводится к палестино-израильскому конфликту и поэтому сильно переоценивает его значение. Отчасти из-за того, что он находится в плену либеральных иллюзий о том, что вопросы, связанные с Израилем, представляют собой "эпицентр" региона (как однажды выразился Джеймс Л. Джонс, в то время советник по национальной безопасности Обамы) и поэтому их решение должно предшествовать разрешению других ближневосточных проблем.

Другая возможная причина энтузиазма Керри заключается в том, что он услышал речи премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху и решил, что тот действительно серьезно настроен на достижение соглашения с палестинцами, а не просто притворяется полным энтузиазма в угоду Вашингтону.

Во всяком случае, таков тезис Дэвида М. Вайнберга из университета Бар-Илан в статье, опубликованной в газете "Исраэль А-Йом": необычно страстные заявления о дипломатическом процессе, сделанные Нетаньяху, выходят за рамки ожидаемых словоизлияний о желании Израиля реангажировать палестинцев и вести переговоры о двух государствах". Вайнберг считает, что Нетаньяху "отчаянно нуждается в дипломатическом прогрессе, поскольку он поверил в аргумент левых о том, что статус-кво не может долго продолжаться". Как полагает Вайнберг, в настоящее время ведется разработка "односторонней израильской инициативы, направленной на уступку значительной части Иудеи и Самарии."

Зачем Нетаньяху, чья предвыборная кампания идет решительно вразрез с этой платформой, станет делать эти планы? Вайнберг считает, что в этом повинна главным образом внутренняя политика:

У Нетаньяху не осталось других пунктов на повестке дня внутри страны для поддержки своего премьерства. Ему необходима смена курса, чтобы восстановить свою позицию в качестве лидера в общественном сознании, и палестинский вопрос – это все, что ему осталось. Лидерство по экономическим и социальным вопросам захватили [его политические конкуренты Яир] Лапид и [Нафтали] Беннетт. Нетаньяху почти ничего не может сделать в отношении горячих точек в Сирии или Иране. Его работа заключается в реагировании на события на этих фронтах мудро и осторожно, а не в эскалации конфронтаций.

Односторонний вывод израильских войск, отмечает Вайнберг, "разорвал бы альянс между Лапидом и Беннеттом, что является главным политическим приоритетом Нетаньяху." Премьер-министр тогда смог бы "греться в лучах похвалы элит Вашингтона и Тель-Авива", получить поддержку избирателей центра и левого крыла и, предположительно, завоевать следующую победу на выборах.

Меня это объяснение не убеждает: Иран представляет собой потенциальную угрозу существованию Израиля и справиться с ним было бы вполне достаточно для "поддержки премьерства". Внимание израильской общественности сосредоточено на Тегеране, а не на Рамалле, и Нетаньяху, который гордится тем, что тратит 70 процентов своего времени на вопросы безопасности, вряд ли нуждается в дипломатии с Махмудом Аббасом, чтобы подтвердить свое лидерство.
 
У него, вероятно, другие мотивы: как и другие премьер-министры Израиля, Нетаньяху страдает от того, что я называю "комплекс Бен-Гуриона", желание остаться в еврейской истории признанным лидером. (Давид Бен-Гурион был инициатором основания современного Израиля). В период своего третьего срока и будучи вторым (после самого Бен-Гуриона) по продолжительности премьер-министром в истории страны, Нетаньяху становится более поддающимся этому устремлению.
После 1948 года комплекс Бен-Гуриона сводится к уничтожению внешней угрозы Израилю. К сожалению, эта достойная цель мутировала в образец повторяющихся двуличия и искажений. Я описал это явление в 2004 г.: "Во-первых, каждый выбранный премьер-министр [начиная с 1992 года: Ицхак Рабин, Эхуд Барак, Ариэль Шарон и Нетаньяху] нарушил свои обещания о том, как он будет иметь дело с арабами. Во-вторых, каждый из них неожиданно пошел на уступки."

Нетаньяху сделал предвыборное обещание в 1996 году о том, что, если он будет у власти, то Израиль "никогда не уйдет с Голан". Всего лишь два года спустя он пытался предложить Дамаску всю территорию Голанских Высот в обмен на простые бумажки. (Если бы Нетаньяху это удалось, представьте себе последствия сегодня, когда в Сирии бушует война и соединения Аль-Каиды подбираются к границам Израиля.) К счастью, его коллеги по кабинету воспрепятствовали реализации этого безумия.
Благодаря ключевым министрам кабинета, Израиль все еще контролирует Голанские Высоты, здесь озирающие сирийскую территорию.
 
По сложившемуся левоцентристскому консенсусу, устранение внешней угрозы Израилю требует сделки с палестинцами, включающей создание двух государств. (Я не согласен.) Сдвинется ли Нетаньяху влево, пренебрегая своими избирателями, пойдет ли он на такую сделку для того, чтобы победить на выборах? Характерность своенравных премьер-министров и биография Нетанияху заставили меня еще в 2009 году беспокоиться о возможности того, что он нарушит свои обещания.

Вероятно, что мы будем избавлены от шанса узнать ответ: палестинская непримиримость надоест Керри и в очередной раз отвлечет дипломатическое давление от Израиля.
Даниэль Пайпс



Источник - ru.danielpipes.org